Не фанатизм, а состояние души. Окончание

Опубликовано 15 February, 2009 | admin

Нога в колене никак не сгибалась. Надо было разрабатывать через силу. Тогда Кац просил одного больного сесть ему на грудь. Двое других держали за руки, а четвертый с силой сгибал его ногу. Какую боль Кац испытывал, можно было догадаться, наверное, только по белому лицу и закушенным губам.
Через полмесяца он мог сидеть с согнутой ногой и радовался:
— Смотри, доктор, нога сгибается.
— Вы там в спецназе все такие? — удивлялся хирург.
— Я намерен служить. И весь сказ.
Когда вернулся в отряд, командир временно перевел его на штабную работу. Пока Кац как следует не разработает ногу. Ведь помимо командования, осуществления руководства, у командира группы большие физические нагрузки.
Дома Лена постоянно заставляла его заниматься.
— Сажай Сашку на ногу и поднимай. Разрабатывай. Захочешь — и сможешь.
Кац поступил в общевойсковую академию, после которой его распределили в «Витязь». В отряде его хорошо знали по «Росичу», и стажировку Кац проходил в разведотделе дивизии.

Не фанатизм, а состояние души. Продолжение

Опубликовано 15 February, 2009 | admin

В Фергане комбриг, полковник Исамбаев, наметанным взглядом приметил обручальное кольцо на пальце лейтенанта. Вызвал заместителя:
— Где у нас нормально с квартирами?
— В Намангане.
— Значит, туда и поедешь, — обратился он к лейтенанту. — Это километров сто пятьдесят от Ферганы.
На автобусах, по пыльным дорогам, по сорокаградусной жаре добрались до части. Жену, как водится, оставил на КПП, а сам в парадном мундире, сапогах, обливаясь потом, пошел представляться комбату. Направили к командиру 3-й мотострелковой роты капитану Степанову.
— А, прибыл. Вот твой взвод. Вперед, заниматься.
— Как, сразу?
— А ты для чего приехал?
Только через три часа Степанов сообразил:
— Ты один прибыл?
— Нет. С женой. Она на КПП.
— Ах, ты...

Не фанатизм, а состояние души. Продолжение

Опубликовано 15 February, 2009 | admin

Утром, перед отправкой в Саратовский военный госпиталь, к нему в палату завезли на каталке бойца из разведки. Разведчика переводили в Ростовский госпиталь, он просил привезти его к командиру, попрощаться.
— Командир, а я в рубашке родился, — приподнявшись на локте, начал рассказывать он. — Осколками ноги посекло. Погрузили меня в армейский бэтээр, чтобы эвакуировать. Не успели отъехать от места боя, ра-аз! — БТР подрывается... Все погибли. Все. Один я выжил. Только выполз из горящего бэтээра, начал взрываться боекомплект. Обгорел я. Скатился в ров. А тут уже ночь. «Духи» шастают. Стонать нельзя. Я зубы стиснул, раны каким-то тряпьем перетянул, которое в канаве валялось. Так до утра. Потом выполз на дорогу, и меня танкисты подобрали. — Он помолчал. — Я сам не знаю, как выжил...
Триста восемьдесят раненых в самолете уложили в три яруса. Из саратовского аэропорта их долго везли в автобусах. Через какие-то рельсы, то трамвайные, то железнодорожные. В автобусе, в котором оказался Кац, все орали от боли.
В госпитале, чуть прояснившись от беспамятства, он услышал, как кто-то склонился над ним и говорит:
— Молись, капитан, ты попал к мужику, который и в Афгане, и в Африке оперировал. Хирург от бога. Он уже пенсионер, но работает. А сегодня дежурит. Александр... — отчество Кац не расслышал. Начала действовать анестезия.
Только краповый берет он так и не дал отобрать.

Не фанатизм, а состояние души. Продолжение

Опубликовано 15 February, 2009 | admin

В направлении снайпера заработал КПВТ, а Эскандеров упал рядом с командиром. Руку он держал на сердце, а в руке сжимал гарнитуру радиостанции. Пуля снайпера пробила руку и гарнитуру но до сердца не добралась.
Раненого связиста оттащили в сторону. Командир остался без связи. Он увидел, что в какой-то момент БТР оказался на совершенно открытом месте. «Духи» тоже это засекли и стали пристреливаться из гранатомета. Клали гранаты рядом с бэтээром, вот-вот попадут.
Кац сам подбежал к БТР, хотел распорядиться, чтобы Силаев отвел машину назад, но одна из гранат разорвалась рядом с ним. Ранило осколками, а взрывной волной бросило на землю. Кац был без сознания. Тринадцатитонный БТР задними колесами наехал на него. Но тут же бойцы заметили, вытащили командира.
Очнулся Кац, когда его несли сержант Кабанкин и рядовой Наскин. Сквозь адскую боль, сквозь выстрелы прорывался голос одного из них:
— Командир, ты только на ногу не смотри!
Вокруг бойцов, тащивших командира, земля разлетелась на пыльные клочки. Пулемет стрелял прямо по ним. Один из бойцов лег на командира, закрыл своим телом, пока КПВТ не разобрался с пулеметчиком. Кац приподнял голову, глянул на ногу. Колено и ступня были перевернуты в другую сторону. Нога держалась только на мышцах. Он снова отключился. Кричал он или стонал, не слышал ничего. Нечеловеческая боль заполнила его всего.
« Назад | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | Вперед »